Христос воскрес! Воистину воскрес! - Тетрарх Ирод Антипа.

                                                *      *      *      *      *      * 

         Человек  лет  шестидесяти  с  огромным  животом  устало  полулежал  в  широком  кресле. Это  был  тетрарх  Галилеи  Ирод  Антипа. Он  совсем  недавно  проснулся, хотя  солнце  уже   начало клониться  к  закату. Перед  ним  стоял  столик, на  котором  находился  графин  с  прекрасным  белым  вином  и  ваза  с  фруктами. Испитое  и  обрюзгшее  лицо  Антипы   говорило  о  том, что  он  очень  бурно  провёл  прошедшую  ночь  и  что  таких  ночей  в  его  жизни  было  превеликое  множество. Оставаясь  ещё  в  нетрезвом  состоянии, он  отпивал  из  чаши  неразбавленное  вино  и  при  этом  силился  вспомнить  окончание  ночной  гулянки. Вдруг  он  встрепенулся, быстро  допил  свою  чашу  и  хлопнул  в  ладоши. Через  мгновение  в  комнате  появился  слуга. 

        - Если  не  ошибаюсь, то  ты  мне  вчера  докладывал  об  этом, как  его? О  том, которого  я  приказывал  поймать  и  доставить  сюда  мне.

        - Да! Докладывал! Иоанн  с  Иордана. Поймали, привезли  и  он  здесь.

        - Давай  его  сюда!

        Перед  тетрархом  Галилеи   вскоре  предстал   человек, о  котором  он  уже  многое  слышал. Человек  этот  был  невысок, худ  и  странно  одет. На  нём  была  длинная  толстая  грубая  рубаха  из  верблюжьего  волоса, которую  перепоясывал  старый  кожаный  ремень. На  ногах  его  были  самодельные  сандалии, которые, по-видимому, он  смастерил  сам. Человек  этот  имел  длинные  чёрные  прямые  волосы, которые, скорее  всего, никогда  не  расчёсывал. Антипа  ожидал  увидеть  сумасшедшего  с  яростным  взглядом  и  скрежещущими  зубами, но  ошибся. Глаза  этого  странного  и  даже  страшного  по  внешнему  виду  человека  были  спокойны  и  зубами  он  вовсе  не  скрежетал.

        - Так  значит, ты  и  есть  тот  самый  Иоанн? Говорят, что  у  тебя  много  последователей? – удивлённо  спросил  Антипа, разглядывая  его. Невольный  гость  молчал.

        - Говорят, что  ты  пророк? Я  никогда  не  видел  пророков  и  немудрено, последний  пророк  Малахия  жил  четыреста  лет  назад. Конечно, мне  непонятны  такие  люди, как  ты. С  такими  людьми, наверное, интересно  поговорить, но  не  поэтому  я  велел  тебя  поймать  и  привезти  сюда. Как  ты  думаешь, почему  ты  стоишь  передо  мной? Молчишь? Я  тебе  скажу. Одна  маленькая  несчастная  женщина, которая  тебя  не  видела  ни  разу  и  не  хочет  видеть, имеет  огромное  желание  истыкать  шилом  твой  язык. Представляешь? Какой  ужас?  Не  подумай, что  она  против  твоих  проповедей  о  Боге, грядущем  царствии  небесном  и  о  каком-то  мессии. Эту  женщину  зовут  Иродиада  и  она  моя  жена. Зачем  ты  публично  очернял  её? Тебе  не  хватало  той  грязи, которую  ты  лил  на  меня? Я  к  этому   привык  и  уже  давно  не  обращаю  на  все  сплетни  внимания. Я  понимаю, что  я  во  многом  не  прав. Я  велел  арестовать  тебя  по  причине  общественной  безопасности, и  я  бы  мог  простить  тебя, но  женщина, которая  ни  в  чём  не  виновата, простить  тебя  не  хочет.

        Антипа  налил  себе  ещё  вина  и  продолжил:

        - Ты  думаешь, что  я  не  знаю, как  ко  мне  относятся? Плохо  ко  мне  относятся. Я  это  знаю. А  многие  даже  ненавидят  и  ненавидели  всегда, от  рождения, и  тут  вдруг  в  моей  жизни  появляется  всего  лишь  один  человек, который  по-настоящему  меня  любит. И  я  тоже  полюбил  её. Твой  закон  считает  эту  любовь  позорной  и  противной  Богу? Я  знаю. Ты  сказал, что  не  должно  иметь  жену  брата  своего. Я  встретил  её  недавно  в  Риме, в  доме  одного  из  братьев  своих – сына  Ирода  и  Мариамны, дочери  Симона  Баетузима. Я  увёз  её  с  собой. Иродиада, будучи  дочерью  Аристовула, является  мне  родной  племянницей. Да, это  так!  У  неё  уже  есть  замужняя  взрослая  дочь, а  я  в  то  время  был  женат  на  дочери  Ареты, эмира  аравийского. Официально, Иродиада  мне  по  сей  день  не  жена. Я  только  пообещал  ей  замужество. Она  взяла  с  меня  слово, что  я  разведусь  с  супругой, и  я   сделал  это. Моя  бывшая  жена, не  дожидаясь  развода, бежала  в  замок  Махер, а  затем  к  своему  отцу  в  Аравию  и  тот  объявил  мне  войну. Я  плохой  полководец  и  если  бы  не  вступился  Рим, то … . Но  причём  тут  ты? Кто  ты  такой, чтобы  обижать  любовь? Ты  обидел  женщину, а  женщины  такого  не  прощают. Молчишь? Иродиада  трусовата  и  как  все  трусы  самолюбива. Ты  не  знаешь, что  это  для  женщины  плюс. Они  сильнее  нас, когда  вооружены  слабостью. Как  видишь, я  тоже  философ  и  совсем  не  глуп. Может  я  и  родился  глупцом, но  не  это  постыдно. Стыдно, прожив  жизнь, умереть  глупцом. Вот  это  стыдно.  Отец  моей  бывшей  жены  нанёс  мне  в  войне  поражение  и  тем  самым  отомстил  за  свою  дочь. Но  не  это  меня  поразило  больше, а  то, с  каким  гневом  она  отнеслась  к  Иродиаде. Ты  не  ведаешь, но  я  хочу  отказаться  от  этой  преступной  женщины  и  её  преступных  чар. Эта  надменная  женщина  поработила  меня. Она  лишила  меня  всего, но  я  люблю  её, как  любят  ведьму  и  она  любит  меня. Я  подумаю, как  тебя  наказать  и  не  дать  ей  в  обиду. Я  боюсь! А  вдруг  ты  действительно  пророк  Божий? А  может  не  Божий? Может  ты  от  сатаны? Ты  не  питаешься, как  все  люди, не  пьёшь  вина, а  кое-кто  говорит, что  в  тебе  бес  сидит. Слышишь? И  про  тебя  тоже  ходят  всякие  слухи. Не  один  я  такой. Говорят, что  ты  родился  от  престарелой  женщины. Когда  тебе  было  пять  месяцев, то  у  неё  закончилось  молоко, и  она  стала  кормить  тебя  мёдом  и  акридами (насекомыми). Ты  с  детства  привык  к  этой  пище  и  даже  питался  ей  у  Иордана. Об  этом  все  говорят. Я  слышал, что  твоя  набожная  матушка  готовила  тебя  в  отшельники  с  младенчества.

        Антипа  допил  вторую  чашу  и, наливая  себе  следующую, предложил  вина  Иоанну, но  тот  отказался.

        - А  может  ты  никогда  не  видел  ничего  доброго  и  не  ел  ничего  вкусного? Я  хочу  угостить  тебя! Я  могу  тебе  выделить  в  своём  дворце  хорошую  комнату  и  отличных  слуг! Ты  будешь  жить  в  тепле, и  питаться  едой  с  моего  стола. Я, конечно, не  ем  акрид, но  мёд  у  меня  есть. Я  предпочитаю  акридам  сочное  жареное  мясо, хорошую  рыбу, вино, зелень, свежий  хлеб  и  сладкие  фрукты. Молебнам  я  предпочитаю  пиры  и  веселье. Так  что  же  тебе  хочется  покушать? Скажи?

        - Ничего. Моя  пища  есть  творить  волю  Бога.

        - А  как  на  счёт  комнаты?

        - Ничего  не  надо.

        - Ну  что  ты  за  человек? Ладно, уведите  его!

        Через  два  дня  Ирод  Антипа  снова  велел  позвать  к  себе  Иоанна. Он  опять  был  нетрезв  и  опять  пил  своё  любимое  вино.

        - Рад  видеть  тебя  в  здравии, Иоанн! Смотрю, что  воздух  моей  темницы  тебе  идёт  на  пользу. Он  лучше  холодной  воды  Иордана. Кстати, говорят, что  ты  проводил  в  воде  полдня, даже  зимой? Почему  ты  не  заболел  и  не  умер?

        - Не  допустил  Бог.

        - Допустим. Я  знаю, что  ты  говорил  людям. Ты  учил  их  помогать  друг  другу, делиться  излишками, быть  всегда  честными  и  никогда  не  воровать. Я  с  тобой  согласен. Я  слышал  твои  слова  о  двух  рубахах. Помню  их, но  вот  как-то  был  у  меня  один  раб, который  имел  невероятную  память. Он  помнил  вообще  всё. Стоило  ему  прочитать  любую  книгу, как  он  мог  дословно  пересказать  её  наизусть, а  также  сказать   на  какой  странице, в  каком  месте  и  сколько  раз  в  самой  книге  встречалось  спрашиваемое  нами  слово. Мы  тогда  записали  всё  это. Прошло   восемь  лет, и  мы  случайно  вспомнили. Мы  подозвали  его,  и  не  давая  той  книги  в  руки, спросили  его  обо  всём  этом  повторно. Он  отвечал, не  задумываясь, и  не  сделал  ни  одной  ошибки. Один  из  моих  гостей  предложил  мне  хорошую  цену  за  него. Я  был  пьян  и  по  доброте  душевной  продал  его. Вскоре  я  узнал, что  этот  мой  гость  зарубил  того  раба  мечом  по  дороге  домой.  А  знаешь  почему? Зависть. Тот  раб  ничего  не  имел, кроме  памяти, а  новый  хозяин  завидовал  ему. Он  не  пожалел  денег, чтобы  купить  его  и  убить. Я  могу  тебе  многое  рассказать  ещё  и  о  жадности. Зависть  и  жадность  правят  этим  миром. Хотя  ты  и  сам  это  знаешь, судя  по  твоим  проповедям. О  жадности  я  могу  рассказать  столько, сколько  тебе  и  не  снилось. Мне  очень  часто  приходилось  быть  судьёй, сам  понимаешь.

        - Ты  сам  чаще  других  нарушал  закон.

        - Верно! Но  я  не  жалею  об  этом. Да, я  нарушал  закон  сам  и  скажу  тебе, что  иногда  я  сам  себе  был  этим  очень  симпатичен  и  порой  мне  были  симпатичны  преступники  и  неприятны  их  обвинители  и  тогда  я  становился  на  сторону  преступников. Ты  понимаешь  меня? Вспомни  зелотов. Я  всегда  понимал, что… .

        Ирод  Антипа  не  договорил, наливая  себе  в  чашу  новую  порцию  вина, и  тут  же  забыв, о  чём  хотел  сказать, подумал  о  другом:

        - Скажи  мне, пророк  Иоанн! Почему  недавно  ты  считался  человеком  полным  огня  и  пророком, говорящим  пламенные  речи, а  теперь  ты  молчишь? Неужели  ты  боишься  меня? Что  случилось  с  тобой?

        - Я  уже  всё  сказал. Я  исполнил  предначертанное  свыше.

        - Значит, ты  удосужился  видеть  Мессию? Говори! Мне  интересно. Как  он  выглядит? Где  проживает? Что  говорит? Как  ты  узнал  Его?

        - Я  разговаривал  с  людьми  у  Иордана. Я  говорил  им, что  за  мною  идёт  Сильнейший  меня, у  которого  я  недостоин  развязывать  ремень  обуви  Его. Потом  я  увидел  высокого  человека, подходящего  к  нам  и  понял, что  это  Он. Я  не  хотел  крестить  его  водой  и  сказал  Ему, что  мне  надобно  креститься  у  Него, а  не  наоборот. На  это  Он  ответил, что  нам  нужно  исполнить  всякую  правду  и  показать  пример  людям. Я  крестил  Его  водой, а  когда  Он  выходил  из  Иордана, то  облака  над  Ним  расступились, небеса  разверзлись  и  я  увидел  Духа  Божия в  виде  голубя  белого, что  спускался  на  Него  и  услышал  голос  с  неба: « Сей  есть  Сын  Мой  возлюбленный, в  котором  Моё  благоволение».

        - А  кто  ещё  видел  того  голубя  и  слышал  тот  голос  с  неба?

        - Наверное, все.

        - А  может, только  ты  один?

        - Не  знаю? Не  спрашивал.

        - Когда  это  было?

        - Прошедшей  зимой.

        - А  какой  он. Что  ещё  ты  можешь  о  нём  сказать?

        - Ходит  Он  непорочно, делает  правду, не  клевещет  и  не  принимает  поношения  на  ближнего, а  в  сердце  Своём  говорит  истину.

        - Очень  интересно, но  я  не  об  этом. Как  он  выглядит?

        - Роста  Он  высокого, но  не  в  этом  суть.

        - Конечно? Суть  для  тебя  не  в  этом. Получается, что  ты  крестил  самого  Мессию? Возможно  ли  это?    

        - Я  был  послан  Богом  впереди  Него, но  Он  был  всегда  впереди  меня, но  я  пришёл  раньше  Него, чтобы  возвестить  о  Нём.

        - Кстати, у  язычников  тоже  есть  подобные  учения. Ты  о  них  и  не  слышал. Некоторые  из  них  утверждают, что  настоящее, прошлое  и  будущее  существуют  одновременно. Очень  путаная  теория. Эх, ты! Молодой  человек! Ты  думал, что  сумеешь  сказать  что-то  новое? Ты  мне  в  сыновья  годишься. Ни  один  из  твоих  самых  великих  иудейских  учителей  не  был  воспринят  даже  в  Афинах. О  чём  ты  говоришь? Какой  Бог? Я  с  юных  лет  воспитывался  одним  из  самых  старых   и  уважаемых   служителей  иерусалимского  храма. Он  уверял  меня  в  существовании  Бога, но  я  не  верил. Еле-еле двигаясь  от  старости, он  как-то  посмотрел  на  меня  и  сказал: « А  может, всё  врут?» Так  сказал  мне  мой  учитель  в  конце  своей  жизни. А  может, он  был  прав? Тогда  получается, что  и  ты  тоже  лгун? Ты  просто  хочешь, чтобы  мир  стал  лучше  и  считаешь  себя  посланцем  Бога, которого  никто  никогда  не  видел. Но  я  понимаю  тебя, как  никто. Ты  очень  хочешь  исправить  мир  и  хочешь  вернуть  свой  народ  в  лоно  Моисеево.

        - И  Авраамово. 

        - В  Авраамовом  лоне  были  и  мы – потомки  Агари. Мы  были  не  вторыми, а  первыми. Авраам  любил  обоих  своих  сыновей  одинаково, а  Исаава  считал  своим  любимым  первенцем.

         - Исаав  продал  своё  первородство  Иосифу  за  тарелку  чечевичной  похлёбки.

         - Разве  можно  продать  первородство? Подумай  сам? Первородство – это  условность, миф. Это  ваши  лжецы  придумали  всё  это. Исаав  приехал  с  охоты  к  шатрам  своего   брата  Исаака. Исаав  любил  своего  младшего  брата  Исаака, но  тот  затаил  на  него  беспричинную  злобу  и  придумал  хитрость, а  потом  донёс  отцу  Аврааму. Кто  бы  там  ни  на  кого  не  доносил, но  мы  живём  вместе  и  нам  надо  жить  дружно. Мы  идумеи – потомки  Агари, давно  правим  вами – евреями, потомками  хитреца  Исаака. Так  распорядился  сам  Господь  Бог. Какие  доказательства  о  первородстве  вам  ещё  нужны?

        - Ты  путаешь  всё. Земной  власти  Исаава  и  его  потомков  Бог  не  лишал. Земная  власть  осталась  при  вас  и  не  о  земных  благах  я  говорю. В  вас  нет  Божественности. Она  продана  за  тарелку  чечевичной  похлёбки. Вы  стали  простыми  земными  червями  и  счастливы  своей  сытостью, пожирая  в  навозной  куче  навоз.

        - Ты  должен  быть  полюбезней  со  мной. По-твоему, получается, что  все  мы -  черви, а  я  из  них  самый  толстый  и  объевшийся  навозом?

        - Так!

        Антипа  побагровел, но  слушал. Иоанн  вдруг  стал  говорить  о  многих  проступках  тетрарха, а  точнее  о  его  грехах.

        - Ты  смелый  человек, Иоанн. Я  удивляюсь  твоей  смелости. Никто  ещё  не  говорил  мне  такого. Я  бы  тоже  не  смог  сказать  таких  слов, например, императору. Не  смог  бы! Ты, наверно, сильнее  самого  себя? Слушая  тебя,  я  понял, что  ты  служишь  одному  царю, а  я  другому  и  что  я  для  тебя  всего  лишь  простой  сытый  червь, каких  много.

        - Хорошо, что  ты  понял. Хотелось  бы, чтобы  это  поняли  многие  и  поняли  Кому  надо  служить  и  Кого  надо  бояться.

        - Народ  праматери  нашей  Агари, тоже  не  лишён  торжественных  предчувствий. Мы  ждём, и  будем  ждать  прихода  Господа  Бога  на  землю! Мы  построим  высокие  храмы, и  каждый  день  служители  станут   менять  там  священные  коврики, на  которых  должна  будет  ступить  нога  самого  Всевышнего, идущего  к  нам  с  Неба. Мало  того, Иоанн, язычники  тоже  ждут  этого. Даже  язычникам  уже  надоел  их  языческий  мир. Все  ждут  какого-то  всеобщего  конца  или  всеобщего  начала? Всё  всем  надоело!

        Раз  в  неделю  Ирод  Антипа  вызывал  к  себе  для  разговоров  Иоанна. При  этом  он  неизменно  пил  вино  и  философствовал. Ему  нужен  был  слушатель. Иоанн  большей  частью  молчал, но  иногда  открывал  рот  и  произносил  какую-нибудь  неустрашимую  фразу, после  которой  Ирод  Антипа  начинал  выходить  из  себя  и  спорить. Одновременно  с  этим, старый  Ирод  Антипа  всё  больше  и  больше  проникался  уважением  к  Иоанну  и  часто  разделял  его  мнение.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить